Открытие VII Фестиваля Мстислава Ростроповича «ГАЛИНЕ ВИШНЕВСКОЙ ПОСВЯЩАЕТСЯ».

Автор: | 29.03.2016

Открытие VII Фестиваля Мстислава Ростроповича «ГАЛИНЕ ВИШНЕВСКОЙ ПОСВЯЩАЕТСЯ».
Вечером 27 марта, в Большом зале консерватории, как и положено, день в день, прошло открытие VII Фестиваля Мстислава Ростроповича «ГАЛИНЕ ВИШНЕВСКОЙ ПОСВЯЩАЕТСЯ».
Иду в зал чуть раньше и через Брюсов переулок. Воздух прозрачен, в лазурном, без единого облачка небе радостное весеннее солнце. Напротив Храма Воскресения Словущего на постаменте Ростропович, у которого дразнит смеющихся родителей мальчишка лет пяти, никак не позволяя себя снять на память. Тёплая такая картинка, добрая. Вышла к Чайковскому. Нет ещё и шести, а перед ним стоят уже за лишним билетом.
Прошла в зал. Капельдинеры выкладывают фестивальные буклеты и негромко обсуждают предстоящий вечер — все билеты проданы, много приглашённых, не исключена путаница с местами….работы будет много.
А время идёт. Вот уже начало седьмого. Оживление в гардеробе. Всё быстро наполняется таким любимым гулом.
Вот к собравшимся выходит Ольга Ростропович и её немедленно окружают журналисты и гости. Лицо и голос Ольги Ростропович выдают по-человечески понятное волнение. Обращаю внимание на окруживших её людей из публики — хорошие, добрые лица…

Ольга говорит негромко, и люди вроде как стараются встать ближе, чтобы лучше слышать, но в то же время, держат уважительную дистанцию. Кто-то скажет, какие пустяки, а мне такие детали видятся важными.

Из ответов Ольги Ростропович на вопросы журналистов — » Да, родители очень любили «Реквием» Моцарта… Нет, Галина Павловна «Реквием» Моцарта не пела, пела «Реквием » Верди….Собрать этот состав солистов (на котором настаивал маэстро Массимо Дзанетти) было непросто… Да, это не просто первое выступление маэстро в России, это также его первый в Россию визит…».

Понравилось ответ на вопрос о концепции фестиваля и о том, в какую сторону он развивается:

«Я не занимаюсь развитием фестиваля. Я просто делаю своё дело так, чтобы это было хорошо…чтобы мои родители (дай им Там Бог всего) были довольны….чтобы публике нравилось….чтобы было не стыдно…чтобы люди, которые любят музыку были рады, счастливы… Вот и вся концепция».

Благодарит за внимание, откланивается и уходит. Гости постепенно расходятся по этажам, а скоро и занимают свои места. Моё место в амфитеатре. Вот мой ряд. Да, капельдинеры были правы, с местами накладки. Но никто, по крайней мере, в нашем ряду, не идёт никого звать, чтобы разобраться. Мне, нам всем очень повезло — здесь собрались исключительно приятные, спокойные, доброжелательные люди. Мы как-то негласно сошлись на том, что лучше сдвинуться. Уплотнились на одно место по два человека и только один кто-то выразил было возмущение, на которое никто не откликнулся. «Праздник, сегодня такой праздник! Какого Человека рождение!» — перебила его моя соседка. Здесь кто-то заметил внизу артистов Центра оперного пения Галины Вишневской и все дружно переключились на обсуждение любимых голосов. Меня убедили, что надо непременно сходить на «Онегина».

И вот, в сопровождении зам министра культуры России Журавского и министра культуры Москвы Кибовского, на сцену вышла Ольга Ростропович. Слов было немного. Поблагодарив собравшихся Ольга Ростропович объявила фестиваль открытым. В программе первого дня, напомню, «Реквиема» Моцарта. Исполнители — Государственная академическая хоровая капелла России имени А. А. Юрлова, Российский национальный оркестр, солисты — Даниэла Барчеллона (меццо-сопрано), Рамон Варгас (тенор) Ильдебрандо Д’Арканджело (бас-баритон). И в замену заболевшей Барбары Фриттоли (сопрано) Альбина Шагимуратова. За дирижёрским пультом в этот вечер был маэстро Массимо Дзанетти.

Надеюсь, никто не ждёт от меня какой-то «разбора» того, что тем вечером было в БЗК…? Разбирать такое было бы странно. Звучали удивительной красоты голоса специально приглашённых в эту программу солистов и одного из лучших хоровых коллективов мира. Играл оркестр, выступления которого собирают полные залы, где бы он не играл и с ними был один из лучших дирижёров.  Когда голоса сплетались и вливались в стройный музыкальный ряд, рождалась какая-то прекрасная волна и накрывала собой зал. Но накрывала тепло, мягко, бережно и нежно.  И было не потрясение, а такое волшебное состояние покоя…Было приятие и доверие. Как-же хорошо доверять. И это не было отключением сознания, напротив, оно обрело какую-то особую ясность — меня поймут люди, практикующие медитацию… В абсолютном покое мне кажется, я видела все детали.  И как на протяжении всей программы недвижно стояли люди (многим ведь так и остались без места, но не ушли, остались в зале). Стояли, даже не переминаясь. И робкое покашливание между частями. Тающий в окнах свет. Огни на люстре. Огромный портрет по центру. И состояние покоя, такое редкое ныне.

Когда закончилось, в зале повисла такая тишина, что казалось, её можно потрогать. Она была долгой-долгой. Почти такой же долгой, как обрушившиеся на неё аплодисменты.