Массимо Кварта

Прочитала, что заниматься на скрипке Массимо Кварта начал в 11 лет. А мне казалось, что к этому возрасту уже должна наступать ясность, выйдет ли из ребёнка хоть какой-то музыкальный (профессиональный) толк, или занятия музыкой это лишь инструмент для развития у ребёнка прилежания, усидчивости и других полезных для жизни качеств.

А тут 11 лет. И уже через 15 – победа в одном из самых престижных конкурсов скрипачей. Это я про Первую премию на Международном конкурсе скрипачей им Паганини (проходит в Генуе), которую Массимо взял в 91-м.

*Ещё в детстве, читая роман Анатолия Корнелиевича Виноградова (Осуждение Паганини), воображение рисовало образ, нисколько не походивший на картинки с экрана. Хорошо, что сам Массимо не прочитает моих строк, потому что его, конечно, уже утомили сравнения его с Никколо….но ничего не могу поделать с примитивностью мышления, потому что следом за восторгом от его игры только мысль – реинкарнация…. Ну в самом деле, мы же не слышали, как играл этот великий итальянец. Но сам то он всё равно мог быть чем-то неудовлетворён….или, может, его Там переворачивало, когда слышал, как играют некоторые им написанное. Вот и вернулся «переиграть» или показать, «как надо». Я даже не знаю, сколько в моих словах шутки, если она вообще есть. Да, к слову! Если ознакомиться с разделом дискографии на сайте музыканта (думаю, там выложены все записанные им диски), шесть из восьми – Паганини, один – Паганини и другие и ещё один – Вивальди.

Начиная с 91-го (26 лет) перед Массимо распахнуты двери лучших концертных залов мира. И похоже, он концертирует также естественно, как дышит. Просто дышит, просто играет концерты…взмах смычком, что вздох…паузы между концертами, как задержка дыхания. Сколько могла, наблюдала за ним за кулисами и именно тогда и возникла такая ассоциация. Без скрипки он словно на задержанном дыхании и видно, как ему маятно. Он без инструмента — обделённый. Полусогнутый, рукам не находит места, скрещивает их на груди, закрываясь от мира. Это не с каждым так. Тот же Башмет (никто не станет ведь оспаривать адекватность сопоставления) и без инструмента уверен в себе и вполне социален.. А вот что итальянец без своей скрипки «чужой» – просто видно …

Ещё он замечательно слушает. Это уже совсем среди музыкантов редкость. Меня уже не раз удивляло, что многие музыканты даже и не испытывают потребности что-то послушать или слушают что-то очень далёкое от того, что играют на концертах. Я не говорю – все…многие. А вот Массимо слушает и слушает очень жадно. Я знаю, мне знакомо это состояние «впитывания». В первый раз я увидела это в Сочи и вот в Ярославле повторилось один в один. Я сама заслушалась Ксавьера Перьянес (фортепьяно, Испания). Он играл 3-ий концерт Бетховена….очень-очень хорошо играл. И оркестр с ним звучал замечательно (это был Ярославский губернаторский симфонический оркестр – блестящие музыканты). Дирижировал Эмил Табаков. Слушала я за сценой (представьте, в зале не было мест). Почувствовав что-то, обернулась. Вижу в полуметре от себе вытянувшегося и выгнувшегося в совершенно неестественную позу Массимо. Он просто в форме гигантского уха, стоит, ничего и никого не видящий и слушает. Я даже могла совершенно бессовестно разглядывать его, потому что он словно был и не был….но на лице его зато было так много… буду всегда помнить эту картинку (какая жалость, что не могу зарисовать хоть карандашом!) — Массимо одно огромное ухо, вбирающее в себя концерт Бетховена. Выход Массимо во втором отделении. Антракт, музыканты расходятся прополоскать горло чаем-кофе или перекурить. Кто-то остаётся здесь же, перетереть новости. Массимо сколько то мается (как я выше сказала, он есть, но «на задержанном дыхании»). Видимо, кислород заканчивается и он хватается за инструмент….и вот уже дыхание в норме.

Не знаю, понятно ли передаю, но очень хочется чтоб вы представили….У Массимо, когда он без инструмента, маетность и во взгляде и в фигуре…Когда делилась впечатлениями со знакомой своей, она говорит – «Лен, ну может, он маялся, что ему поговорить было не с кем?». Нет, не потому и поговорить было с кем, английский и даже итальянский очень в ходу. Мне кажется, он именно из одержимых. Я думаю, такими рождаются и кстати, ещё и потому удивляюсь, что он так поздно начал заниматься на скрипке. Хотя, может быть, до скрипки был другой инструмент?

Ещё из наблюдений. Массимо напрочь лишён публичности. Отмечаю это особо, как бы возражая коллеге, ядовито заметившему, что «этот итальянский любовник» позёр и актёришко, и ведёт себя на сцене по хамски». Похожую оценку, но высказанную в более мягких выражениях услышала в тот же вечер от ведущей популярной музыкальной передачи.  Мне же увиделось, что Массимо совсем равнодушен к внешнему и оценкам. На сцене он и в самом деле, эксцентричен и даже, фантасмагоричен….но это не эпатаж и его фантасмагоричность не показная-наигранная. Просто, когда в концерте заканчивается его партия и голос берёт оркестр, сама тема для него продолжается и он проживает её развитие, что, кстати, дополнительно заводит оркестр.

Ещё с того концерта в Ярославле, вернее, с того антракта.

Массимо всё разминается в углу и оттуда слышны стоны, хрипы и вздохи его скрипки. Второй звонок. Музыканты Ярославского губернского симфонического оркестра готовятся к выходу, а я же всё продолжаю разглядывать этого фееричного итальянца (тот случай, когда можно глазеть сколько угодно, человек всё равно не видит, не чувствует, не реагирует). Вдруг слышу – «Какие вы счастливые! Вот бы тоже послушать из зала». Это одна из музыкантш оркестра, кажется, тоже скрипка. «А Вы разве не слышали?» — спрашиваю. «Да малость. А репетиции, это другое» — отвечает и добавляет – «Он, конечно…» и отрицательно качая головой, красноречиво поднимает глаза, что можно прочитать, как – «НЕВЕРОЯТНО». Ещё двое, из тех, что рядом и слышат наш разговор, понимающе кивают. Появляется Саша Беляев (из журнала Ваш досуг) и предлагает попробовать найти место в зале. Пробиваемся на галёрку, места только стоячие.

В программе 2-ой концерт Паганини для скрипки с оркестром. Дирижирует уже упомянутый Эмил Табаков (о нём тоже расскажу, но в другой записи).

Буквально на первых звуках открывается балконная дверь и входит кто-то «административный» со стулом. Оказалось, что это пришёл Башмет. Все его, конечно, увидели, но даже и он не смог по настоящему отвлечь слушателей от происходящего на сцене.

А происходило там что-то… во первых, сам 2-ой концерт. Знаете, КАК он звучал? Прежде всего, конечно, это скрипка. Она стонала, рыдала, хохотала, задыхалась и обретала новую жизнь, как….вот банальное идёт в голову…сколько можно сравнивать скрипку с влюблённой женщиной? Но больше не с кем. Так себя может вести только влюблённая женщина…другие образы в голову не приходят. Так что, пусть будет банально, но честно . Но невероятно звучала не только скрипка Массимо…Да, здесь же я наблюдала другой редкий случай, когда один музыкант слушал другого…и слушал жадно….и с какой радостью аплодировал и кричал браво. Я о Башмете

Что-то происходило и с оркестром! И тут я даже не знаю, на кого возложить ответственность… Табаков прекрасный дирижёр и я буду помнить его Бетховена из первого отделения. Но во время выступления Массимо на сцене оказалось два лидера. И пусть они были заодно и цель у них была общая, энергетика Массимо забивала энергетику Табакова. Правда, это я смогла сформулировать лишь сейчас, а тогда….тогда лишь вбирала в себя, что могла, ушами, глазами, кожей….из мыслей помню только одну – как он выживает?

Ну и закончу, как люблю, публикой.


И что бы не говорили отдельные (или даже не отдельные, но многие — не считала)…Массимо Кварто (реинкарнированный  или, впервые посланный) — явление…

*Неожиданно нашла запись с того концерта в Ярославской филармонии. Увы, не слишком качественная, но даже и она даёт представление